Свершилось! Оказывается, не так страшен черт, как его малюют!

Как же я боялась того дня, когда придется отучать дочь от груди! Оказалось, это совсем не страшно, при условии, что оба - и малыш, и мама - к этому готовы. Кому интересно - прошу под кат.


О том, сколько я буду кормить грудью, я никогда не задумывалась, точнее, не ставила себе никаких предельных "планок", ожидая того волшебного момента, когда дочь будет готова отказаться сама. Хотя и нельзя сказать, что мы не шли к этому.
Первые шаги по ограничению я начала предпринимать после года, пытаясь ограничить сосание только периодом перед сном. К слову, к году мы уже кушали практически все (точнее, все, что можно в этом возрасте), но еду обычную любили запить маминым молочком. У мамы от активного сосания (для иллюстрации лишь один пример - даже в это время, если мне приходилось покидать зайку на достаточно большой промежуток времени и грудь она это время не получала - молоко подтекало, а грудь сильно раздувалась) не менее активно лезли волосы, разрушались зубы, никакие витамины не помогали.
На то, чтобы дочь перестала просить грудь просто так пососать (не считая на сон) у нас ушло много времени - почти полгода. Зато к 1,5 годам грудь мы сосали два раза на сон, и засыпали не с титей в зубах, а просто в обнимку.
Это вполне устраивало нас обеих. И я бы не рискнула сломать устоявшуюся практику, если бы не собралась выходить на работу. Педиатр сказала мне, что отучать нужно непременно, иначе расставание с мамой ребенок будет переносить острее. И я решилась.
Помог в этом нелегком деле ... кот.
Теперь, дабы объяснить значимость сего живого существа в нашем воспитании, лирическое отступление. Василий Васильевич - еще тоже ребенок, точнее, котенок. Поэтому они с Анной Ильиничной просто жить друг без друга не могут. И Василий Васильевич (так его "окрестила" сама дочь) для нее - большой, надо сказать, авторитет.
Так вот стали мы Ане говорить, что она уже большая, а большие девочки титю не едят. На что получали ответ, что "Анечка - малявка. Будет титю жрать!". Подействовало только замечание бабушки, что Васька будет над Аней смеяться, если она будет титю сосать. И все: как отрезало. Первые дни про титю мы иногда вспоминали, поглаживая ее и приговаривая: "Хватит титю жрать. Малявки титю жрут. Васька будет смеяться над Аней".
Благодаря тому, что количество съедаемого молока мы постепенно уменьшили, грудь моя перенесла "расставание" так же спокойно. Мне пока еще иногда не хватает этих моментов, хотя их с лихвой компенсируют обнимашки - целовашки, которые Аня очень любит.
Впереди (к счастью, в перспективе отдаленной, а не близкой) - перевод Анны Ильиничны из родительской постели в отдельную. Начинаю бояться его. Хотя, это уже совсем другая история.