Sisek.net или месяц 11

Да! Это случилось! Мой деть, почти в течение года осуществлявший свои права на сиськи в любое время и в любом месте, лопает теперь человеческую еду и на грудь внимание начнет обращать лет через десять, не раньше. Как это было слабонервным просьба не читать описано ниже.

«Сиськам - быть!» - под этим лозунгом прошла вся моя беременность. Я старательно медитировала над пакетами с молоком, разрабатывала соски и прикладывала полено в позиции колыбелька, валет, сидя, лежа, стоя и танцуя. Жутко боясь разоблачения слабой лактации и каких-нибудь недозапущенных природных механизмов, я шла в тот роддом, где на стенах были развешены плакаты, напоминающие о важности грудного кормления, и где было обещано, что ребенка приложат еще в родзале. Со мной был друг-молокоотсос (вдруг прильет и застынет), бидон с водой (вдруг не прильет), бепантен (вдруг прильет, а будет больно) и миллион советов, что делать и как начать давать молоко. С природными механизмами все было в порядке, с прикладыванием в родзале тоже, так что практически с первых дней мой маленький, но важный человек получил что хотел - теплое, сладкое, вкусное и по требованию.

Кормление у нас было безрежимным (до сих пор не уверена, что это правильно - но это отдельная история), беспроблемным и постоянным. Мой Ре оказался в той категории, что не спит - сначала он не спал в принципе, потом не спал только ночью, потом потому что колики, потом потому что зубки, которые (вот же подстава!) полезли в 3,5 месяца. Все было хорошо - прибавки, приросты, развитие, узи и прочие замеры, но и в 2, и в 6, и в 9 месяцев мы вставали по 5-6-7-8 раз за ночь. Неврологи грешили на «сиськозависимость», я - на собственное слабоволие, спят же у французов, мой чем хуже то?; подруги обещали, что после года будет легче. Я уже свыклась с красными глазами - вампиризм, между прочим, модная тенденция - и мокрыми от молока простынями, научившись засыпать раньше, чем ре и даже не всегда просыпаясь, когда маленькая Чупакабра нападала в темноте (я еще не говорила, что меня спас совместный сон? Значит говорю ))))

Но кормить мне нравилось. Серьезно. Обожала эту сладкую макушку, закрытые в сытой истоме глаза, чувство наполнения и понимание, что мало того, что ты вырастила в себе настоящего живого человечка с ноготками, мыслями и родинкой на попе, но еще и продолжаешь отдавать частичку себя в прямом смысле этого слова. Муж иногда подкалывал, не считаю же я нормальным, что человек дает молоко, но я только просила его пойти и купить мне побольше зелени.

Кормления не было препятствием ни для выходов в свет, даль, походы, самолеты, путешествия - наоборот удобно, в отличие от миллиона бутылочек. Ни для прикорма - в 4,5 мы начали есть каши, затем овощи, мясо, последним Ре начал получать фрукты и кисломолочку (ну это нестандартная схема, разработанная мной и педиатром по определенным причинам). Но месяцев в 9, 5 все изменилось. Ре заметил, что его пытаются обмануть и заменить обожаемое молочко едой и всякими напитками в дневные кормления, и встал в глухую оборону - у него тут же испортился аппетит и прибавка в весе. Грудь он стал просить все чаще и обнаглел настолько, что уже по свойски подползал ко мне, оттягивал кофту и присасывался на попить, немало не заботясь о времени и моей давно утраченной репутации. Он часто начал делать хнык-хнык без повода, а чтобы взяли на ручки и дали грудь. Отказался окончательно от соски, бутылочки с чаем, поильником с водой ведром с компотом и каждый раз, оказываясь возле груди, по хозяйски теребил сосок, аки регулятор громкости.

Короче я возмутилась, и забыв о том, что «тыжемать» решила отлучать одним махом. Заручившись поддержкой мужа и мамы, просто уехала на неделю, когда детю было примерно 10,5 месяцев. Первую ночь он визжал ультразвуком не переводя дыхание несколько часов подряд - муж, который сроду не страдал девичей нервозностью, хотел уже выйти в окно. Но под утро ребенок милостиво согласился взять смесь из бутылочки и уснул. Вторую ночь он похныкал немного перед сном и уснул со смесью. Ну а дальше и вовсе пошел на поправку был спокоен, брал в цепкие лапки бутылочку и сладко засыпал. О матери и не вспоминал даже, потому как нет и нет - мало ли что, может вон к президенту вызвали, или Луна там не в порядке. Зато когда я появилась, понял, что его обманывали, и мать-ехидна и вовсе не по важному делу уезжала, а просто так, и устроил такую возмущенную истерику, что впору было становиться на колени и вымаливать прощение у обожаемых девяти килограмм.

Мне же было худо. Молока было много, и, воспользовавшись советами подруг, гинеколога, педиатра, я съела Достинекс, перетянулась и намазалась йодом. Спустя сутки повторила это мероприятие, сцедившись до ухода сильной боли. Но было все хуже и хуже. Грудь второго размера (во время кормления) все увеличивалась. Пока она была четвертого, я еще шутила и фотографировалась с ней на память, но когда на четвертые сутки она стала шестого, рука не поднималась взять фотоаппарат, в прямом смысле этого слова. Мне казалось что я буду первым человеком, у которого лопнет грудь, и, хотя по словам мужа-врача, это невозможно, по моим внутренним ощущениям, я была близка к этому как никто. С ужасом вспоминаю ту ночь. Дальше, спасибо спасибо, все пошло на убыль. Молоко перегорало, иногда выходило, не без моей помощи. Оставшиеся на десятые сутки комочки были добиты еще одной порцией Достинекса, а сисек теперь нет. Т.е. они есть, но даже меньше, чем до беременности.

А что же деть? А деть, спустя месяц, прибавляет в весе, с удовольствием пьет смесь, на грудь мою в раздевалке бассейна не обращает внимание и не стал любить меня меньше. Зато стал гораздо спокойнее и адекватнее. Ну а сон у нас все еще не на всю ночь (и вообще такой сон - это миф, не так ли?))), хотя просыпается гораздо реже - 3-4 раза за ночь, что для меня, прожившей 10 месяцев в режиме «встань каждый час или умри» уже огромное достижение.